Библиотека, читать онлайн, скачать книги txt

БОЛЬШАЯ БИБЛИОТЕКА

МЕЧТА ЛЮБОГО


Книга красный террор глазами очевидцев - нужная штука.

Куда отнести красноармейцев, расстрелянных за протест против резкого сокращения довольствия? Но это — история нашего города". Но в контексте данной темы не совсем понятно чёткое стремление принудить составителя к отдельному изучению истории белгородских ЧК и милиции в рамках обсуждаемой темы. По вашему же выходит масса не виновных и группка маньяков. Отсутствие подобных словоформ делает письменную речь менее понятной и создаёт предпосылки для неверного понимания слов собеседника. Тема эта нужная, важная и достижения BigFriend'а в ней очевидны и никем не оспариваются, в том числе и мной. Живой всамделишный кровавый террор - он этим товарищам куда как интересней, чем какие-то столетние пыльные архивы. Вот куряне везут при стечении народа гробы, вот они откапывают что-то, где-то. Прилюдные расстрелы, подрубленные ноги, рассеченные животы, отрубленные у подростков руки, обобранные с трупов драгоценности, распределяемая с них же обувь и верхняя одежда.. Очень большое внимание к Саенко и Никодиму. Лучшей рекламы сборнику, чем от BigFriend, придумать невозможно!

Я луганчанин и гражданскую войну успел увидеть своими глазами. Автор издал ряд документов той эпохи, причём, как я подозреваю, без претензий на всеобемлемость освещения. Насчёт "сырости" книги: Всегда в таких случаях вспоминаю фазу: "Лучшее - враг хорошего". О уровне "духовного развития" говорит почти полное отсутствие печатной литературы о Белгороде дореволюционного периода. Но вот путать его с монографией с готовыми ответами, против которых кому-то так хочется подискутировать - не нужно. Саенко и комендант С. Данный пассаж не относится к уважаемому оппоненту, но тоже - наболело. Хотя я крещён, ношу крестик, читаю Священное Писание. Чего мы добились, издавая в советское время, книги с явным осуждением белого террора и оправданием красного?

До официального объявления "красного террора". Не отпускают все эти картины, эти виды, то, что стало вдруг известно. А борьба с уголовной преступностью, с бандами, наводнившими окрестности. Вожу их туда сюда и продолжаю набирать. Это для меня самый главный и страшный итог открытия того "ящика Пандоры", частью которого был Красный террор. У кого-то есть предки, знание и память о них, у кого-то нет. Или мы имеем в руках орудие убийства? Фактически книга о терроре против духовенства.

Так понимаю, что в сборнике нет документов по красному террору, они не посвящены Белгороду, не датируются 1918-1919 годами и в нем нет свидетельств очевидцев. Сестры милосердия, наблюдавшие жизнь Чрезвычаек в течение семи месяцев, ни разу не видели советского служащего, арестованного за насилие над человеческой личностью или за убийство. Осточертело читать во всех сборниках про белый террор без малейшего намека на то, что был и другой - ужас. А мы помним, что названию надо соответствовать. И среди тех были свои негодяи, и среди этих. О субъективности и однобокости книги: Любой исторический труд субъективен и однобок. Извините, но меня как историка, в первую очередь учили, чтобы содержание совпадало с заявленной темой. Некоторые воспоминания, вошедшие в книгу в частности, очерк «В Крыму после Врангеля» , уже знакомы местным исследователям и краеведам.

Параллельно в Курске на основе документов бывшего ЧК-НКВД выходит книга по истории Курской ГубЧК, а там - новые свидетельства, но уже со стороны тех, кто отдавал приказы. У кого-то есть предки, знание и память о них, у кого-то нет. Вообще поддержание какого-то порядка, хоть и революционного? Это для меня самый главный и страшный итог открытия того "ящика Пандоры", частью которого был Красный террор. Для них классовый враг всегда оставался врагом.



copyright © skyflex-vrn.ru